Письма римскому другу (из Марциала)

Нынче ветрено и волны с перехлёстом.Скоро осень, всё изменится в округе.
Смена красок этих трогательней, Постум,чем наряда перемена у подруги.
Дева тешит до известного предела —дальше локтя не пойдешь или колена.
Сколь же радостней прекрасное вне тела:ни объятья невозможны, ни измена!

Посылаю тебе, Постум, эти книги.Что в столице? Мягко стелют? Спать не жёстко?
Как там Цезарь? Чем он занят? Всё интриги?Всё интриги, вероятно, да обжорство.
Я сижу в своём саду, горит светильник.Ни подруги, ни прислуги, ни знакомых.
Вместо слабых мира этого и сильных —лишь согласное гуденье насекомых.

Здесь лежит купец из Азии. Толковымбыл купцом он — деловит, но незаметен.
Умер быстро — лихорадка. По торговымон делам сюда приплыл, а не за этим.
Рядом с ним — легионер, под грубым кварцем.Он в сражениях империю прославил.
Сколько раз могли убить! а умер старцем.Даже здесь не существует, Постум, правил.

Пусть и вправду, Постум, курица не птица,но с куриными мозгами хватишь горя.
Если выпало в Империи родиться,лучше жить в глухой провинции у моря.
И от Цезаря далёко, и от вьюги.Лебезить не нужно, трусить, торопиться.
Говоришь, что все наместники — ворюги?Но ворюга мне милей, чем кровопийца.

Этот ливень переждать с тобой, гетера,я согласен, но давай-ка без торговли:
брать сестерций с покрывающего тела —всё равно что дранку требовать от кровли.
Протекаю, говоришь? Но где же лужа?Чтобы лужу оставлял я — не бывало.
Вот найдёшь себе какого-нибудь мужа,он и будет протекать на покрывало.

Вот и прожили мы больше половины.Как сказал мне старый раб перед таверной:
«Мы, оглядываясь, видим лишь руины».Взгляд, конечно, очень варварский, но верный.
Был в горах. Сейчас вожусь с большим букетом.Разыщу большой кувшин, воды налью им…
Как там в Ливии, мой Постум, — или где там?Неужели до сих пор ещё воюем?

Помнишь, Постум, у наместника сестрица?Худощавая, но с полными ногами.
Ты с ней спал ещё… Недавно стала жрица.Жрица, Постум, и общается с богами.
Приезжай, попьём вина, закусим хлебом.Или сливами. Расскажешь мне известья.
Постелю тебе в саду под чистым небоми скажу, как называются созвездья.

Скоро, Постум, друг твой, любящий сложенье,долг свой давний вычитанию заплатит.
Забери из-под подушки сбереженья,там немного, но на похороны хватит.
Поезжай на вороной своей кобылев дом гетер под городскую нашу стену.
Дай им цену, за которую любили,чтоб за ту же и оплакивали цену.

Зелень лавра, доходящая до дрожи.Дверь распахнутая, пыльное оконце,
стул покинутый, оставленное ложе.Ткань, впитавшая полуденное солнце.
Понт шумит за чёрной изгородью пиний.Чьё-то судно с ветром борется у мыса.
На рассохшейся скамейке — Старший Плиний.Дрозд щебечет в шевелюре кипариса.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *